- И это доставляет вам немалые душевные муки, - проникновенно продолжал механический репортер, - прекращение своей профессиональной деятельности под давлением определенных сил? Верно?

- Скажите своим слушателям, - медленно отчеканил д-р Саперб,

- что мы намерены держаться до конца независимо от того, есть против нас закон или нет. Мы в состоянии помогать людям ничуть не в меньшей степени, чем химиотерапия. В особенности в случаях воображаемых нарушений психики - когда это связано со всей предыдущей жизненной историей пациента.

Только теперь он увидел, что механический репортер представляет одну из самых влиятельных телекомпаний, аудитория ее составляет не менее пятидесяти миллионов телезрителей, которые прямо сейчас наблюдают на экранах своих телевизоров за происходящим здесь любезностями. И от одной только мысли об этом язык во рту д-ра Саперба прилип к небу.

После завтрака, когда он вышел наружу к своей машине, он наткнулся на еще одного механического репортера, который залег в засаде.

- Дамы и господа, перед вами последний представитель венской школы психоанализа. Некогда, возможно, выдающийся психоаналитик доктор Саперб скажет вам несколько слов. Доктор, - репортер подкатился к нему, преградив ему дорогу, - как вы себя сейчас чувствуете, сэр?

- Препаршивейше, - ответил д-р Саперб. - Пожалуйста, дайте мне пройти.

- Направляясь в свой кабинет в последний раз, - объявил репортер, скользнув чуть-чуть в сторону, - доктор Саперб остро ощущает свою обреченность, однако, тем не менее, втайне продолжает гордиться тем, что уверен в правоте своего дела. Но только будущее рассудит, насколько он прав в своем упорстве. Подобно практике кровопускания, психоанализ пережил периоды своего расцвета и медленного увядания, а теперь его место занимает современная химиотерапия.